Когда нет желания удовлетворять себя, нет ни агрессии, ни спешки… Поскольку нет нужды торопиться, можно позволить себе расслабиться. А раз можно расслабиться, можно позволить себе быть наедине с собой, можно позволить себе любить себя, быть другом себе.
Хотя жизнь воина посвящена тому, чтобы помогать другим, он понимает: он никогда не сможет полностью разделить с ними свой опыт... И всё же он всё больше и больше влюбляется в мир. Именно это сочетание любви и одиночества позволяет воину постоянно протягивать руку, чтобы помогать другим. Отрекаясь от своего личного мира, воин открывает больший вселенский простор и всё более и более разбитое, но живое сердце. Это не то, о чём следует печалиться; это повод радоваться.
Чтобы развить любовь — всеобщую любовь, космическую любовь, как бы ты ни хотел это назвать, — нужно принять всю ситуацию жизни такой, как она есть: и свет, и тьму, и добро, и зло. Нужно открыться жизни и общаться с ней.
Художественное видение — это ясность, позволяющая влюбиться в то, что ты видишь.
Художественное видение рождается из ума достаточно ясного, чтобы влюбиться в то, что он видит.