Когда мы приходим к непривязанности, мы понимаем чудесную тайну Вселенной: как она одновременно напряжённая деятельность и в то же время глубокий мир; как она трудится каждое мгновение и отдыхает каждое мгновение.
Если в этом аду мира можно принести хоть немного радости и мира — даже на один день — в сердце одного-единственного человека, то уже этого достаточно, чтобы сказать: это истинно. Так я и понял после того, как страдал всю жизнь; всё остальное — лишь лунный блеск.