В тот миг, когда я осознал Бога, сидящего в храме каждого человеческого тела; в тот миг, когда я стою в благоговении перед каждым человеком и вижу в нём Бога — в этот миг я свободен от оков: всё, что связывает, исчезает, и я свободен.
Человек может говорить о божественном лишь по-человечески; для нас Абсолют может быть выражен только нашим относительным языком.
Есть алтари, но здесь — величайший из алтарей: живое, сознательное человеческое тело. Поклоняться этому алтарю намного выше, чем поклоняться любым мёртвым символам.
Великие события пробуждают в даже самых обычных людях какую-то величину, но по-настоящему великим является лишь тот, чий характер велик всегда — где бы он ни был.