Патриотизм не может быть нашим последним духовным убежищем; моё прибежище — человечество. Я не куплю стекло за цену алмазов и никогда не позволю патриотизму восторжествовать над человечностью — пока я жив.
Человеческая душа идёт от закона к любви, от дисциплины к освобождению, от нравственной плоскости к духовной.
Я верю в духовный мир — не как в нечто отдельное от этого мира, а как в его глубочайшую истину. С каждым вдохом, который мы делаем, мы должны чувствовать эту истину: мы живём в Боге.